SecurityLab.ru

Armored Likho доверила разработку вредоносов нейросети.

До абсолютного нуля и 10 тысяч кубитов остался волосок.

LandSpace обошла Илона Маска на своем поле/

Пульсары уловили рябь пространства — и она может вести к гипотетическим светилам, которых никто не видел.

ИИ-агент нашёл баг в открытом драйвере и заставил «непечатающий» HP работать на Mac.

Copilot сам объяснил хакерам, как его взломать, отвечая на безобидный вопрос.

Четыре месяца уязвимость ждала, пока её начали использовать массово.

Фреймворк развивает remote functions для чтения и изменения данных прямо из компонентов.

31,5 ТБ научных данных похитили из 8000 аккаунтов преподавателей.

Один кристалл, два типа электронного порядка и два способа вернуться после разрушения.

Ваш Wi-Fi теперь видит вас, даже если не видит.

Бозоны сжимают, фермионы сопротивляются.

Шпионская кампания растянулась на 80 стран, прежде чем её остановил один разрезанный провод.

C и C++ получили соперника, которого слишком долго считали нишевым.

Минимальная стоимость обслуживания может составить 250 рублей, а новым Full-MVNO могут запретить выход на рынок.

GrapheneOS держалась на Pixel. Теперь проект уходит к Motorola.

ClarityCheck обещал приватность, но стал источником самой уязвимой биометрии.

Программа киберударов США открыла частным подрядчикам доступ к уничтожению критических сетей за рубежом.

Идеальный питомец для тех, кто избегает реальной ответственности.

Инженеры Meta нашли уязвимость, через которую можно захватить устройство.

Протянули оптоволокно и увидели то, чего не показывают спутники.

Практический разбор Security Vision SIEM: как выделить критичные активы, контролировать данные, выявлять аномалии и реагировать на инциденты.

Если вы не понимаете, как сейчас называется знакомая программа Microsoft, вы не одни.

Объясняем, почему реальность заканчивается в момент запоминания.

Вы открываете приглашение на церемонию — и запускаете скрытый бэкдор на своём компьютере.

Профсоюз пытается сорвать передачу рабочих архивов Spirit Airlines.

Криптокошелёк на 1,8 миллиона франков — не лучший аргумент в пользу версии про «просто консультанта».